Сущность треугольника черной судьбы

Сущность треугольника черной судьбы

У «Треугольника черной судьбы» три угла, три направления по которым агрессор атакует жертву. Агрессор, двигаясь от одного направления к другому, вращаясь в них, стремится раскрутить скандал треугольника.

В чистом виде всё действо выполняют два участника: атакующий и атакованный. Наличие еще одного или более участников является усугубляющим фактором, при котором защитится от катастрофы скандала невозможно.

Описывая «Треугольник черной судьбы» и его бытие, в определенной степени, достаточно условно можно использовать терминологию «Треугольника Карпмана», когда участники ссоры последовательно вращаются в классических ролях «преследователя», «жертвы» и «избавителя».

Но только в «Треугольнике черной судьбы» это не роли личности, а маски, которые последовательно надевает на себя человек, который ведет атаку, надеясь получить бонусы, «черные» эмоции, для утоления своего психологического голода. Условно говоря – это маски человека, который выступает как «психологический вампир», пытающийся «высосать» из своей жертвы эмоциональную подпитку.

Итак, первый угол нападения. С этого направления атакующий «психологический вампир» использует маску «преследователя», а атакованному участнику навязывается роль «жертвы». Суть атаки – обвинение жертвы, в том, человек плох, «Ты – плохой» в любой вариации. Наиболее близко содержание атаки выражают слова: «Ты неудачник и дурак, и ничего путного из тебя не было, нет, и не будет!». «И попробуй только скажи, что это не так!».

Второй угол нападения. С этого направления атакующий «психологический вампир» так же использует маску «преследователя», а атакованному участнику навязывается роль «избавителя». Суть атаки – или обвинение близких жертве людей, или обвинение дела жертвы, его работы или увлечения. «Все вокруг тебя – плохие». «Все твои дела – плохие».

По представлению агрессора, жертва обязательно должна защищать своих близких или свои дела. Жертве навязывается роль нечестного, неудачливого защитника как родных и близких, так и дорогих ему дел: «Твои родные и близкие, любимые – все дураки, неудачники и сволочи!»; «Все, что ты делаешь – глупость и гадость, нечего путного из этого не получалось, и никогда не получится, только мерзость и разорение!». «И попробуй только защити все это от  моих справедливых обвинений».

Третий угол нападения. Происходит смена маски теперь уже самого «психологического вампира». Он представляет себя в роли «жертвы», а атакованному участнику навязывается роль «преследователя». Суть – «Мне плохо, от того, что ты есть». В наиболее яркой форме это выразилось во фразе: «Я тебе всю молодость пожертвовала, бедная я несчастная, все тебе отдала, а ты меня не ценишь, на руках не носишь…». «И попробуй только скажи, что это не так». Другими словами, все беды и несчастья агрессора от того, что живет на белом свете жертва атаки.

Если убрать «маски», которые применяет «психологический вампир», то видна суть: агрессор выступает в роли судьи, в роли осуждающего. Он обвиняет, обвиняет, обвиняет, двигаясь от первого угла атаки ко второму и затем к третьему углу, затем все повторяется для усиления эффекта. Иногда, достаточно редко, последовательность нарушается, а иногда все три направления атаки «вбиваются» в одно беспощадное обвинительное предложение.

Задача атаки – поставить жертву в положение оправдывающегося. Если обвиняемый начинает оправдываться, то любое оправдание выступает как подтверждение вины и ускоряет кружение по трем направлениям со стремительным развитием скандала и получением, хоть и «черных», но так необходимых «психологическому вампиру» эмоций. Но, даже получая «черные» бонусы при «успешном» нападении, страдает и сам агрессор, причем страдает не в меньше степени, чем его жертва.

Если жертва грамотно обороняется и обвинитель не добился своей цели – развить скандал и получить свою долю эмоций, то эмоционально голодный «психологический вампир» вынужден повторять атаки по всем трем направлениям вновь и вновь, до полного истощения своих запасов энергетики. А потому ему становится плохо. Но не только ему. Жертва так же выматывается порядочно. Но в любом случае это состояние несравнимо с состоянием обоих после полномасштабного скандала.

Для обеспечения своей защиты  подвергшееся атаки личность может выбрать два пути: очень плохой – попытки оправдаться, и просто плохой – снятие эмоциональных напряжений в конкретном скандале. Само начало атаки, как и начало любой войны принципиально уже есть поражение обоих сторон. Предотвращать смертельные перспективы «Черного треугольника судьбы» надо заранее, большой и серьезной работой по его профилактике.

В реальной жизни первоначальное развитие скандала приводит к тому, что атакованная жертва, оправдания которой не признаны, начинает свою атаку. Но и она, теперь уже бывшая жертва, атаку ведет по тем, же трем направлениям. Происходит взаимное «заражение», взаимное обучение скандальным техникам. Кипят «эфиопские страсти».

Результат этих «страстей» предсказуем. Все получат подпитку «черными» эмоциями, ухудшат свою здоровье и сделают следующие, но постоянно ускоряющиеся шаги к болезни и смерти.